Потом он послал духа проводить нас в царство света. Я шел впереди, жена следовала за мной. К моему великому счастью, я снова вернулся
к жизни, но, где сейчас моя супруга, – не знаю.
– Вспомни, не говорил ли Янь-ван еще что-нибудь о твоей жене? –
спросил изумленный император.
– Нет, кажется, ничего больше, – отвечал Лю Цюань. – Правда я
слышал, как сопровождавший нас дух говорил о том, что душа моей
жены Лю Цуй-лянь находилась в царстве мрака очень долго, и в ее
тело уже невозможно вселить ее душу. На это Янь-ван сказал, что
сестре Танского императора Ли Юй-ин суждено сегодня умереть и
приказал духу вселить душу Цуй-лянь в тело Юй-ин. Но где находится
ваша царственная сестра, – мне неизвестно, поэтому я не успел еще
разыскать ее.
Император
остался
очень
доволен
и,
обращаясь
к
присутствующим, сказал:
– Прощаясь с Владыкой ада Янь-ваном, я спросил его, какая
судьба ждет мою семью. Он ответил, что все обстоит благополучно, только моей сестре осталось жить недолго. И вот, гуляя по саду, Юй-ин вдруг упала замертво; я поспешил к ней на помощь, но очень скоро
она очнулась и стала звать мужа, кричала, чтобы он подождал ее.
Сначала я думал, что сестра повредила себе голову при падении и
заговаривается, а потом, когда подробно расспросил ее, то оказалось, что ее рассказ полностью совпадает с тем, что сказал Лю Цюань.
– Ваша сестра стала говорить все это, как только очнулась, –
сказал Вэй-чжэн. – А это как раз и значит, что душа жены Лю Цюаня
вселилась в тело вашей сестры. Это вполне возможно. Давайте
пригласим вашу сестру сюда и послушаем, что она скажет.
– Я только что приказал придворному врачу подать ей лекарство, и вот не знаю, что теперь с ней, – промолвил император и приказал
придворным дамам пойти пригласить принцессу.
Когда посланные пришли во дворец, они услышали, как
принцесса кричит:
– Что еще за лекарство вы мне даете? Разве это мой дом?! Я живу
в скромном доме, крытом черепицей, а не в этих противных огромных
желтых палатах, разукрашенных и блестящих! Отпустите меня!
Отпустите!
Она продолжала кричать и тогда, когда несколько придворных дам
и евнухов, поддерживая ее, привели в зал.
– А ты узнаешь своего мужа? – спросил император.