приходе Сюань-цзана, и император приказал ввести его.
– Брат мой, – промолвил, обращаясь к нему, император, – мне
сообщили, что сегодня благоприятный день для отправления в путь.
Вот здесь бумаги для беспрепятственного проезда. Кроме того, я хочу
подарить вам золотую чашу, она пригодится вам для сбора подаяний в
пути. Я уже выбрал двух человек, которые будут сопровождать вас, а
также жалую вам коня, который будет везти ваши вещи. Вы можете
тронуться в путь сейчас же.
Сюань-цзан
с
радостью
выслушал
императора
и,
с
благодарностью приняв предназначенные ему дары, без всякого
промедления, сопровождаемый императором и целой свитой
сановников, двинулся к городским воротам. У ворот Сюань-цзана
ожидали монахи и ученики из храма Хунфусы, они принесли ему
зимнюю и летнюю одежду. Император приказал упаковать все это, приготовить коня, а когда все было сделано, приказал подать вина.
Подняв чашу, Тай-цзун обратился к Сюань-цзану с вопросом:
– Брат мой, как ваше имя?
– Ведь я монах, ушел из мира и считал невозможным называть
себя каким-нибудь именем, – отвечал на это Сюань-цзан.
– Я слышал, бодисатва говорила, – продолжал император, – что
священные книги в Индии называют Трипитака. Согласны ли вы, чтобы ваше прозвище было Трипитака и напоминало о том, что вы
отправляетесь на поиски этих книг?
Сюань-цзан с благодарностью принял свое новое прозвище, однако, принимая от императора чашу с вином, промолвил:
– Ваше величество! Воздержание от вина является первой
заповедью монаха, и за всю свою жизнь я не брал в рот ни капли
хмельного.
– Но сегодня исключительный случай, – заметил Тай-цзун. – Да и
вино совсем слабое. Выпейте чашечку за то, чтобы ваша миссия
завершилась успехом.
Трипитака не посмел отказаться. Но в тот момент, когда он хотел
выпить, император быстро наклонился и, взяв горсть земли, бросил ее
в чашу. Трипитака не мог понять, что это значит, но император
улыбаясь сказал ему:
– Дорогой брат! Сколько времени вы будете отсутствовать?
– Надеюсь года через три вернуться домой, – отвечал Трипитака.