Окончив молитву, Сюань-цзан вернулся в келью и приступил к
трапезе. После трапезы спутники Сюань-цзана оседлали для него коня
и все они поспешили в путь. За воротами монастыря Трипитака стал
прощаться с монахами. Однако те никак не хотели расставаться с ним
и лишь проводив его за целых десять ли, со слезами на глазах
простились. Сюань-цзан отправился прямо на Запад. Стояла уже
поздняя осень.
В деревнях поникли деревья,
Опадают цветы тростника,
Листву на сырую землю
Роняют осенние клены.
Встреча с друзьями
В пути в эту пору редка,
Видны только цветы хризантем
И хребта силуэт отдаленный.
Лотос замерз,
И на сердце печаль и тоска,
В белом инее красная ряска,
Под снегом осока,
Камнем падает утка,
Туманом подернут закат,
Облака пролетают тоскливые
В небе далеком.
Улетают от холода лебеди,
Ласточка к югу стремится,
Ночь спускается быстро –
Умолкли и люди и птицы. [123]
Через несколько дней они достигли города Гунчжоу. Власти и
население вышли за городские ворота встретить Сюань-цзана.
Отдохнув за ночь, они на следующее утро отправились дальше.
Проголодавшись, Сюань-цзан и его спутники останавливались, чтобы утолить голод и жажду. С наступлением ночи они располагались
на отдых, а на рассвете продолжали свой путь. Вскоре они достигли
заставы Хэчжоу. Здесь в Танскую эпоху проходила государственная
граница. Командующий местной пограничной охраной и монахи, заранее узнав о прибытии посланца и побратима императора, следующего на Запад повидать Будду, устроили Сюань-цзану
торжественную встречу и с почетом проводили его в монастырь
Фуюаньсы, чтобы он отдохнул там. После того как все монахи по
очереди представились Сюань-цзану, был устроен ужин. После ужина
Сюань-цзан велел своим спутникам накормить коня и сказал, что они
отправятся дальше до рассвета.
И действительно, как только пропел петух, Сюань-цзан разбудил